Природа Африки География Африки Животные Африки Люди Африки

 

Тайланд. Заколдованное королевство

 

 

Что такое Таиланд? Во-первых, это королевство. Самое настоящее. А значит, от него можно ждать разных чудес, с детства связанных со словом "королевство"; ковров-самолетов, Синдбадов-мореходов, драконов и дэвов, не говоря уже о хрустальных дворцах, золотых тронах и солнцеликих, звездоподобных и светломудрых Величествах. Во-вторых, в-третьих, и во всех остальных, это страна, куда хочется вернуться.

ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ В БАНГКОКЕ

Знакомство с незнакомым городом лучше всего начинать с ужина, особенно если близится вечер и очень хочется есть. Поэтому мы сразу поехали обедать. Рассуждали просто: ресторан скорее всего найдется в центре города, а центр - это там, где королевский дворец. Таксист привез нас на широкий проспект, окружающий живописную зеленую лужайку размером с Химкинский район, и сказал: "Королевский дворец". Сквозь пейзаж мы разглядели гвардейца у забора и подмосковную усадьбу на горизонте. "Нет, - не поверили мы. - Это не дворец". - "Самый настоящий, - обиделся таксист. - Дворец Читрлада. Здесь живет Властелин Жизней и Обладатель двадцати четырех Золотых Зонтов, восседающий на троне Золотого Лотоса страны Белых Слонов Его Величество Король Пумипон Адульядет, Рама IX. И его несравненная жена". Тут мы увидели на лужайке стадо толстых пятнистых коров породы "Милки Вэй" и строго указали на них водителю. "Да, - ничуть не смутился тот. - Его Величество, звездоподобный и т.д., разводит породистых сельскохозяйственных животных, а потом дарит их крестьянам дальних районов, улучшает местную породу. Вот такой благородный человек". - "А другого дворца у него нет? - поинтересовались мы. - Где-нибудь в центре?" - "Есть", - сказал водитель и поехал дальше.

По дороге мы узнали, что светломудрый и солнцеподобный Пумипон активно участвует в жизни своей страны. Например, лично вручает дипломы выпускникам университета. А страна любит своего героя и всячески ему поклоняется. За разговорами выехали на другой проспект, в сгустившейся темноте сияющий иллюминацией на домах, огнями на столбах и гирляндами лампочек на деревьях. Наверняка он был виден с околоземной орбиты. На каждом шагу красовались портреты Властелина Жизней в полный королевский рост. "Что это у вас тут так светло?" - поинтересовались мы. "О! - закричал таксист, как раненая птица. - Вы что, ничего не знаете? Сегодня же день рождения несравненного, сияющего и т.д.!" Наконец мы приехали в центр и пошли искать еду.

УЖИН С КОРОЛЕМ

Центром оказалось другое поле, по краям переходящее в парк. Называется Санам Луанг. В более светлое время суток на этом слегка вытоптанном пространстве проходят королевские парады и церемонии, а также дружеские встречи дворовых футбольных команд.

Здесь тоже сияли лампочки на деревьях и гигантских портретах. Толпы нарядных людей с малолетними детьми бродили по аллеям, щебетали, веселились, ели и пили. Еда была на каждом шагу: дорожки заполняли давильщики сока, торговцы фруктами и сладостями, тележки с жаровнями и пристроенные к велосипедам полевые кухни. Всюду пылал огонь, подвывали керосинки, дымились горы риса, что-то жарилось на углях и решетках, шкворчало в котлах с кипящим маслом. Это был апофеоз еды. С северной жадностью мы купили нарезанный кружочками ананас и принялись разглядывать содержимое тележек. Ассортимент оказался широк. Нам предлагались жареные кузнечики, тараканы, опарыши и скорпионы, а на десерт - засахаренная саранча. Интеллигентная девушка в очках купила пакетик тараканов, скромно отвернулась и аппетитно захрустела лапками. Мы воздержались от покупки кузнечиков и побрели дальше. Ночная жизнь Таиланда, вошедшая в пословицы и поговорки, разворачивалась перед нами во всей красе: дети гоняли мяч, трезвонили колокольчики мороженщиков, старики играли в шахматы на тротуаре, молодежь танцевала под магнитофонные завывания Селин Дион. На берегу канала шла оживленная торговля нефритовыми буддами, бронзовыми ганешами, стоптанными шлепанцами, китайскими монетами, спящими птицами, компакт-дисками и пластмассовыми галстуками от Диора. На мосту мирно спали местные бомжи и заезжие хиппи. Единственный красный фонарь, горевший в этой по-декабрьски жаркой ночи, освещал крылечко скромного отеля. "Королевский" - переливалась надпись на крыше. Звучало убедительно.

Китайский ресторан "Королевского" был чист и пуст. Половину зала занимал телевизор. Шестеро официантов склонились вокруг нас, в мгновение ока на столе появилась бутылка французского вина. Тут в телевизоре возник тронный зал и худенький человечек в очках - сам несравненный король Пумипон. Началась трансляция денрожденского приема. Официанты побросали тарелки и уткнулись в голубой экран, к ним присоединились повара и поварята. Казалось, даже рыбки в аквариуме прильнули к стеклу. Вот это обожание, вот это верноподданнические чувства! В отличие от короля мы оказались безнадежно забыты: все наши призывы трогали официантов гораздо меньше, чем дворцовые новости. Пришлось нам самим похозяйничать на кухне и подкрепиться тем, что удалось найти.

Едва мы вышли на улицу, раздался грохот, и в небе расцвели букеты фейерверка. "Это в честь нашего приезда", - скромно подумали мы. "Да здравствует король!" - закричали прохожие.

МЫ ЕДЕМ ВО ДВОРЕЦ!

Утром мы снова отправились во дворец - на этот раз чтобы осмотреть его, как и полагается добропорядочным туристам. Судя по карте, был он совсем рядом с отелем. По карте и пошли.

Что может быть легче, чем ориентироваться в городе с рекой? Там существует только два направления: к реке или от реки. Мы пошли к реке. Менам-Чао-Прая, на берегах которой стоит королевский дворец и весь остальной город, называется рекой королей и матерью вод. Встречи с ней мы возжаждали на второй минуте прогулки: тропическая жара пополам со смогом - не самый лучший коктейль Бангкока. Его жители, проводящие время на больших улицах (вроде регулировщиков, торговцев и мотоциклистов), носят респираторы или марлевые повязки.

В общем, на ближайшем перекрестке мы справились с картой и быстрым шагом двинулись к реке. Когда через 15 минут она не появилась, мы очень удивились. Через полчаса пришли в недоумение. Через 40 минут спросили полицейского, где у них тут по утрам течет река. Полицейский махнул рукой в противоположном направлении. С упорством, достойным лучшего применения, мы повторили все сначала: сориентировались, пошли - уже почти побежали, спросили полицейского и т.д. Мы уяснили только одно: в этом городе нельзя ходить по карте, потому что священная река Чао-Прая имеет скверный характер и всегда (всегда!) оказывается не в той стороне, где ей положено быть. Не лучше характер и у улиц. Любая из них может иметь два разных названия, при этом в карте будет обозначено третье, а местные жители будут упорно произносить четвертое. "Такси..." - прошептала я, и тут же перед нами возник моторикша, по-бангкокски "тук-тук". "Большой дворец", - произнесли мы привычно. "Десять бат", - откликнулся возница-сам-ло, что означало нечто вроде пяти копеек. Вот это цены! - восхитились мы, а сам-ло скромно добавил: "Пожалуйста, мы заедем на ювелирную фабрику всего на одну минутку, вы можете ничего не покупать". И мы заехали. Полюбовались на бриллианты, шелковые картины и аквариумных рыбок. Тук-тук еще попетлял по маленьким пыльным улицам и опять остановился. "Что, дворец?" - спросили мы. "Нет, ювелирная фабрика. Пожалуйста..." Ну, пожалуйста, хотя в первой лавке рыбки были симпатичнее. Возле четвертой фабрики мы вручили парню его честно заработанные пять копеек и пошли ловить такси. Секрет оказался чрезвычайно прост: на "фабрике" сам-ло получает за каждого посетителя бесплатный талон на бензин. А такси в Бангкоке хорошие - дешевые и кондиционированные. Они возят по счетчику и называются "такси-метер".

Источник: archive.travel.ru